Послание друзьям и благодетелям № 87

еп. Бернард Фелле

Послание друзьям и благодетелям № 87

 

 

Дорогие Друзья и Благодетели!

 

Пятьсот лет назад Мартин Лютер поднял мятеж против Церкви, увлекши за собой добрую треть Европы. Это была, пожалуй, самая существенная потеря, какую только Католической Церкви пришлось претерпеть за свою историю, со времени Восточной Схизмы 1054 г. Итак, он лишил миллионы душ необходимых средств спасения, отделяя их не от одной из многих религиозных организаций, но от единственной Церкви, основанной Господом нашим Иисусом Христом, отрицая ее сверхъестественную реальность и ее необходимость для спасения. Он совершенно разрушил веру, отрицая ее основополагающие догмы, такие как: Святое Жертвоприношение Мессы, действительное Присутствие [Христа] в Евхаристии, священство, Папство, благодать и оправдание. [У лютеран есть некие представления о действительном присутствии, благодати и оправдании, но ложные и противоречащие католическим Пер.]

В основании его мышления, которое сегодня является таковым для всего протестантизма, лежит частное суждение. Сей принцип равнозначен отрицанию нужды в сверхъестественном, непогрешимом авторитете, который может навязывать себя частным суждениям и решать споры между теми, кого ему доверено вести по пути к небу. Этот принцип, когда он провозглашается явно, просто делает акт сверхъестественной веры невозможным, ибо последний основан на подчинении разума и воли истине, которую Бог открыл, а Церковь учит ей со властью.

Частное суждение, установленное как принцип, не только закрывает доступ к сверхъестественной вере, которая представляет собою путь ко спасению («кто не будет веровать, осужден будет», Мф. 16, 16), но также делает невозможным единство в истине. Итак, он установил как принцип для протестантов невозможность вечного спасения и единства в истине. В самом деле, число протестантских сект с XVI в. не переставало расти.

Перед лицом столь плачевного зрелища, кто не понял бы материнских усилий, предпринимаемых истинной Церковью, дабы взыскать заблудших овец? Кто не приветствовал бы многие апостольские начинания, предпринятые с целью спасти столь много душ, пребывающих в неволе у этого лживого принципа, возбраняющего им доступ к вечному спасению? Эта забота об их возврате к единству в истинной вере и истинной Церкви наличествовала на протяжении веков. Сие вовсе не новшество; достаточно посмотреть на молитву, читающуюся на Страстную Пятницу:

 

Помолимся и за еретиков и схизматиков, чтобы Бог и Господь наш избавил их от всех заблуждений и благоволил привести обратно в лоно Святой Матери-Церкви, Католической и Апостольской.

Всемогущий, Вечный Боже, спасающий всех и не желающий ничьей погибели, воззри на души, сбитые с пути диавольским обманом, дабы отринув всякое еретическое нечестие, заблудшие от всего сердца раскаялись и вернулись к единству Твоей истины. Через Господа нашего Иисуса Христа, живущего и царствующего с Тобою, в единстве Духа Святаго, Бог, во все веки веков. Аминь.

 

Этот традиционный язык не оставляет никакого места для неясности, распространяемой теперь под видом лжеименного экуменизма. Предостережения Конгрегации Святого Оффиция от 1949 г., следующие нескольким папским документам, из коих наиболее важным безо всякого сомнения была Энциклика Пия XI "Mortalium Animos" (1928 г.), вот эти справедливые предостережения ныне кажутся мертвой буквой. Тем не менее, опасности экуменического иренизма, разоблаченные Пием XII в Энциклике "Humani Generis" (1950 г.), безмерны и очень серьезны, ибо они отбивают охоту к обращению в католичество. Какой протестант, слушая похвалы «богатствам» и «достопочтенным традициям» лютеранской Реформации, почувствовал бы нужду в обращении? Более того, само слово «обращение» было изъято из официального церковного словоупотребления, когда речь идет об иных христианских деноминациях.

Вместе с тем, сия новая позиция, заключающаяся в прославлении протестантизма и извинениях за католицизм, влечет за собой утрату веры неисчислимым множеством католиков, что является очевидным фактом. Все исследования, изучающие верования католиков, показывают страшные опустошения, вызванные этим потрясающим сближением с протестантизмом. Сколько же католиков поражены в XXI веке тем, что Церковь осуждала, вплоть до Собора, под именем «индифферентизма»? Фатальное заблуждение, утверждающее, будто весь мир спасен, какую религию бы кто-либо ни исповедовал. Заблуждение диаметрально противоположное учению Самого Господа и всей Церкви после Него. Тем не менее, ежели кто-либо изобличает это заблуждение, направленное против двухтысячелетней католической веры, ему тут же навешивают ярлык фанатика и опасного экстремиста.

Новая литургия также была введена во имя этого лжеименного экуменизма. Она имеет столь много параллелей с протестантской «Вечерей Господней», что многие протестантские богословы, например, Макс Туриан из Тэзе, могли заявить, что для их единоверцев возможно употребление нового католического Служебника! И по сей день многие чада Католической Церкви чувствуют себя лишенными самых прекрасных сокровищ Богопочитания и благодати. Слава Богу, Бенедикт XVI смело объявил, что многовековая литургия никогда не была упразднена, но за прошедшие более сорока лет пособорная реформа увела из храмов миллионы верующих по всему миру, ибо они более не обретают там ожидаемого от Католической Церкви.

Как может кто-либо удивиться, что сей экуменизм, который должен был бы способствовать достижению христианского единства, достиг столь малого прогресса?

Архиеп. Марсель Лефевр, начиная с последнего Собора, обличал этот метод сношения с протестантами, скрывающийся под именем «экуменизма». Фактически под этим очень эластичным термином скрывается общий образ воззрения и делания, введенный в Церковь во время II Ватиканского Собора.  Речь идет о показной доброжелательности ко всем людям, провозглашении не осуждения заблуждений, а поиска скорее того, «что объединяет нас», чем что разделяет. И то, что должно было служить первым шагом к единству, в рамках captatio benevolentiae [«обретение благоволения»: риторическая фигура, применяемая с целью приобретения доброжелательности слушателя], внезапно стало самоцелью, бесконечным поиском неопределенной истины. Оно уклонилось от своей объективной цели: возврат к церковному единству тех, кто его утратил. Поэтому значение слова «экуменизм» было изменено, концепция единства модифицирована, средства его достижения сфальсифицированы.

В прошлом Церковь знала, что она есть единственная Церковь, и провозглашала это громогласно и сильно, но эта традиционная ясность была заменена на новое, невнятное учение — помесь извиняющегося самоуничижения и постмодернистского релятивизма (к примеру, такие слова, как «мы не обладаем всей истиной»), что теперь ведет большинство католиков к отрицанию правды о том, что есть лишь один путь, ведущий ко спасению, и что приобрели его от Самого Иисуса Христа, сказавшего, что: «Я есмь Путь и Истина, и Жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня» (Ин. 14, 6).

Исподтишка извратили догму «вне Церкви несть спасения», вводя сбивающие с толку идеи, вплоть до извращения тезиса о тождественности Церкви Христовой Католической Церкви. Кардинал Вальтер Каспер, тогда Председатель Совета по Христианскому Единству, усматривал, что новое определение Церкви («наличествует в» [subsistit in]) было тем, что сделало возможным экуменизм, продвигаемый Собором. [В Догматической Конституции о Церкви II Ватиканского Собора "Lumen gentium", n. 8 вместо слов est in («есть в»), бывших в проекте документа, были поставлены слова subsistit in («наличествует в»), что можно понять в том смысле, будто в Церкви Христовой наличествует не только Католическая Церковь — Пер.]  Соответствующее признание, сделанное такой фигурой как этот человек, представляет собою то, что должно восприниматься серьезно!

Вот, в двух словах, почему мы не можем радостно праздновать 500-летнюю годовщину протестантской Реформации. Совсем наоборот, мы оплакиваем это ужасное разделение. Следуя Господу нашему, мы молимся о том и работаем над тем, чтобы заблудшие овцы могли бы снова найти стезю, которая безопасно поведет их ко спасению, — путь Святой Римско-Католической Церкви.

Мы также молимся о том, чтобы этот иллюзорный иренизм был бы поскорее оставлен, а истинное движение к обращению возродилось, вроде того, что было перед Собором, особенно в англоговорящих странах.

Наконец, во время празднования столетия явлений Пресвятой Богородицы трём пастушкам мы молимся об исполнении просьб Пресвятой Девы Марии. Она обещала обращение России, когда Верховный Первосвященник будет столь добр, чтобы посвятить сию страну ясным образом Ее Пречистому Сердцу. Давайте усугубим наши моления и жертвы, чтобы это обещание Богородицы безотлагательно осуществились бы.

Да соблаговолит Она милостиво с Сыном своим, cum prole pia [с Благим Порождением], благословить вас на протяжении этого пасхального периода и привести всех нас к вечному блаженству.

 

Светлое Христово Воскресение: Пасха, 2017 г.

 

+ еп. Бернард Фелле